В Runa Team из СНГ отвергли слухи, якобы забаненный lilskrip управляет клубом по Dota 2

Киберспортивная организация Runa Team по Dota 2 выступила с официальным опровержением громких слухов касательно своего руководства. Менеджмент клуба категорически отверг информацию о том, что пожизненно забаненный за мошенничество Бауыржан «lilskrip» Бисембаев занимает пост генерального директора. Представители команды разъяснили характер взаимодействия со скандальным игроком и напомнили фанатам имя реального владельца тега.
Просто советы по скаутингу
Организация признала, что Бисембаев действительно имел контакт с одним из сотрудников клуба по имени Дмитрий, однако его роль была сильно преувеличена инсайдерами. По заявлению Runa Team, Бауыржан «lilskrip» Бисембаев давал исключительно дружеские советы в рамках поиска новых талантов и скаутинга. При этом забаненный Valve киберспортсмен никогда не участвовал в операционном управлении и не имел права голоса в жизни организации.
Настоящий владелец
Чтобы окончательно развеять сомнения, клуб напомнил сообществу, что единственным владельцем Runa Team является популярный контент-мейкер Олег «stray228» Бочаров. Напомним, что сам «lilskrip» получил перманентный бан от Valve и турнирного оператора PGL за организацию подставных матчей и участие в схемах «322», что делает его персоной нон-грата на профессиональной сцене Dota 2.
Источник: соцсети Runa

Я считаю, что это заявление Runa Team выглядит довольно натянуто. Конечно, они должны были опровергнуть слухи о Бисембаеве в роли генерального директора, но формулировка про "дружеские советы по скаутингу" вызывает подозрения. Сложно поверить, что человек, пожизненно забаненный за мошенничество, просто так дает советы, не оказывая никакого влияния на клуб. Мне кажется, они пытаются скрыть более глубокую связь, чем просто дружеские консультации. Возможно, Бисембаев каким-то образом вовлечен в операционные процессы, но они просто не хотят раскрывать это публично. В целом, заявление о владельце клуба, Олеге Бочарове, выглядит убедительно, но все равно остается ощущение, что не вся правда вынесена на суд общественности. Нужно время, чтобы понять, насколько правдиво это опровержение.